Серая зона в движении на поводке.
Впервые про «серую зону» я прочёл, когда готовился к Бельцкому полумарафону в прошлом году. Дело в том, что многие, начиная бегать, делают одну и ту же ошибку. Они стараются пробежать максимальную дистанцию, на какую способны, так быстро, как они могут. Для того, чтобы бежать быстрее, нужно бежать меньше. Для того, чтобы бежать больше, нужно бежать медленнее. Но они не делают ни того ни другого, и в результате бегут среднюю дистанцию в среднем темпе.
Это и есть «серая зона». Очень упрощённо говоря, любую тренировку можно разнести по двум крайним точкам: силовые тренировки, когда от короткой интенсивной работы мышцы становятся сильнее, и тренировки на выносливость, когда от долгой и лёгкой работы мы становимся выносливее. И если двигаться из этих точек к центру, мы попадаем в «серую зону»: это недостаточно быстрый бег на недостаточно длинной дистанции. В этой серой зоне мы тренируем не пойми что: работа недостаточно интенсивная, чтобы мышцы стали сильнее, и нагрузка недостаточно долгая, чтобы мы стали выносливее. При этом мы очень устаём и гордимся проделанной работой! Однако реального прогресса такие тренировки не приносят.
Чтобы тренировка была действительно эффективной, нужно сначала понять какую функцию организма мы собираемся тренировать, и в какой крайней точке она находится. И потом уходим из «серой зоны» в эту крайнюю точку. Стараемся бежать так долго, как только можем в очень медленном темпе. Или наоборот, делаем короткие интервалы на высокой скорости. И ещё конечно есть третья крайняя точка, тренировка технических навыков, которая превращает наш график из двумерного в трёхмерный.
Я не вижу ни одной причины, почему этот же принцип не может быть применён в воспитании собак. Мы точно так же тренируем функции собачьего организма, физические и психические. Я пока не готов распространить его на все области, но есть одно упражнение, при разучивании которого я убедился в его эффективности.
Тиль тянет поводок. С самого начала тянул, и спустя месяц тянул и спустя два тянул и так далее. Тянул с положительным поощрением, тянул с жёсткой коррекцией. «Безумие - делать одно и то же, и каждый раз ожидать иного результата». Поэтому я остановился и задумался, чему я, в конце концов, учу собаку.
С одной стороны я хотел, чтобы он свободно гулял, нюхая цветы и гоняясь за бабочками. С другой стороны, чтобы он спокойно находился поблизости и не тянул поводок. Я хотел дать ему погулять и одновременно двигаться с ним из точки А в точку Б. Например в магазин или на площадку, где мы тренируемся. Я хотел всего одновременно. Мне казалось, это довольно просто, и только очень-очень глупая собака не поймёт этого. Всего лишь быть свободным, но не слишком.
Я надеюсь, моих литературных дарований хватило на то, чтобы вы заметили сарказм в последнем абзаце. Как бедный пёс мог понять, что в принципе кустики нюхать можно, но вот те, что за воображаемой чертой, которую я нарисовал своим мысленным взором, уже нельзя? И что вообще-то меня обгонять можно, но не дальше, чем длина поводка? Затылком он должен был измерять это натяжение поводка, что ли? В конце концов, мы гуляем или нет? Прогулка и стала для нас «серой зоной». Недостаточно свободы, чтобы быть прогулкой, и недостаточно ограничений, чтобы быть совместным движением.
И я разделил нашу прогулку на «крайние точки»: совместное движение по команде «идём» и свободное гуляние по команде «гуляй». При этом каждый из элементов я подчинил критериям строгим, но максимально простым и понятным для Тиля.
Во время команды «идём» его правое плечо у моей левой ноги, поводок полностью свободен и расслабленно висит. Я не требую от него концентрации, драйва и взгляда, но плечо не должно выходить вперёд ни на сантиметр. Мне было удобно следить за выполнением этого по Тильчиной шлейке. Шлейка обхватывает его корпус в двух местах, впереди плеч и вокруг средней части груди. Как только из-за ноги появлялась вторая часть шлейки, та, что вокруг середины груди, я понимал, что критерий нарушен и Тиля нужно подкорректировать.
Коррекцией в моём случае была полная остановка, то есть прекращение прогулки. Ещё ДО того как поводок натянулся. Я исходил из того, что совместная прогулка сама по себе поощрение для Тиля, поэтому мне нет нужды дополнительно мотивировать его для выполнения упражнения лакомством, и не нужно какого-либо другого наказания кроме лишения возможности двигаться вперёд.
Как только Тиль возвращался в верное положение, я спокойно продолжал движение. Я не увидел тут необходимости в каких-либо маркерах поощрения или наказания, «да» или «нет», поэтому и остановку, и продолжение движения делал молча. Сначала я ждал чтобы он просто вернулся назад, постепенно я усложнил критерий: дожидался, когда он вернётся, сядет и взглянет на меня, после этого повторял команду «идём» и продолжал движение.
Во время движения я не разрешал ему ни нюхать кусты, ни писать на клумбы, ничего такого. Но если я видел, что Тиль старается, и у него хорошо получается, я останавливался возле какого-нибудь особенно живописного кустика или кучи гниющих листьев и командовал «гуляй». После этого он мог свободно побродить, понюхать-пописать в пределах длины поводка. Как только он начинал тянуться к чему-то, что находилось вне пределов его досягаемости, я возвращал его в исходное положение у ноги и командовал «идём»: раз уж здесь ничего интересного, то давай двигаться дальше.
Думаю это важный аспект, и на нём стоит остановиться. В самом начале, когда прогулка и совместное движение были смешаны в одну серую кучу, я не понимал, как решать такие ситуации. Если какой-то объект находился всего лишь на 20 сантиметров дальше Тильчиного носа, то я был совсем не против, чтобы он таки дотянулся и понюхал. Гуляем мы вообще или нет? Таким образом, Тиль сам себя поощрял за натягивание поводка: подтянул папу на 20 сантиметров вперёд и получил что хотел, молодец. А если можно на 20, то почему нельзя на 40? Или на 50? Или на метр? Ну а там уже и три метра протащить, какая разница?
Когда я понял, что эта «серая зона» затягивает меня, я ввёл новый критерий. С одной стороны, я не против подойти, чтобы ты понюхал ту кучку отбросов. Однако подходим мы к ней не по правилам «гуляй», а по правилам «идём». То есть чётко разделяем на чёрную и белую зоны, избегая серой: занял положение у ноги, прошли пару шагов, теперь «гуляй». То есть даже если нам надо пройти на два шага вперёд, мы делаем это в позиции «идём», а не в позиции «гуляй». После этого мы остановились, ты сел, посмотрел на меня, получил «гуляй» и можешь идти нюхать.
Таким образом, если нам надо попасть из точки А в точку Б, это можно сделать только одним способом: на провисшем поводке, у левого бедра. Любое нарушение этих критериев приводит к полной остановке или даже к движению назад, от желаемого объекта. Это правило оказалось достаточно «чёрно-белым», чтобы быть простым и понятным для Тиля. Даже если он его нарушает, он уже не дёргается как раньше: «Ну что опять?! А что я не так сделал, а чо сразу я?!», а понимает: «Да, виноват, забежал вперёд, сейчас исправлюсь, и пойдём дальше».
Конечно, когда он сильно возбуждён предстоящей прогулкой или хочет в туалет, ему пока трудно сконцентрироваться и сразу начать выполнять команду «идём» как положено. В лесу его ещё заносит от запаха белок и течных девок. Но я больше не иду на компромиссы, чтобы снова не оказаться в той самой серой зоне. Если плечо не у бедра, мы стоим на месте. И похвастаюсь вам, результат налицо. Никогда ещё не было так комфортно гулять с Тилем. Причём не только мне, но и членам семьи.
Комментарии
Отправить комментарий