"Больше мотивации!" или "Больше мотивации?"

Когда на занятиях я мотивирую Тиля лакомством, он спокоен и рассудителен, реже ошибается, зато делает всё медленнее и чаще отвлекается. Когда я использую игрушку, он как ракета нацелен на работу, делает всё на полной сокорости, но чаще ошибается. У меня есть две версии, почему так происходит.

Во-первых, это может быть наглядной иллюстрацией действия закона Йеркса-Додсона. Это один из законов бихевиоризма, который иллюстрирует зависимость результатов от силы мотивации. Вроде бы опять британские коты доказали, что они учёные. Чего тут демонстрировать: чем сильнее мотивация, тем лучше результаты, разве нет? А вот нет!

Если мотивация слишком сильна, увеличивается уровень напряжения, вследствие чего эффективность работы ухудшается. Для каждого живого существа есть определённый оптимальный уровень мотивации, превышение которого вызывает стресс, и приводит к снижению эффективности.

А может быть дело в том, о чём писал Андерс Халлгрен в книжке «Драйв и мотивация»? Я не в восторге от книжки, но и опровергнуть написанное не могу. Так вот, он пишет, что неверно полагаться только на игрушку и отказываться от лакомства. Игрушка, по его утверждению, апеллирует к эмоциональной и импульсивной части мозга собаки. Поэтому она хорошо мотивирует на работу, даёт высокий драйв и скорость.

Зато мотивация едой обращается к рассудку собаки, поощряя способность думать, концентрироваться, решать задачи и оставаться спокойной. Я не нашёл для этой точки зрения такого же солидного научного обоснования, как для биологического закона, экспериментально проверенного настоящими учёными. Но зато это немного похоже на разделение человеческого разума на Систему 1 и Систему 2, о котором пишет знаменитый психолог и лауреат Нобелевской премии по экономике Даниель Канеман. Я фанат Канемана, поэтому готов принять мнение господина Халлгрена за рабочую гипотезу.

Независимо от того, какое из двух объяснений верно, прикладные выводы из них следуют примерно одинаковые.

Когда мы начинаем разучивать новое движение, и мне нужно, чтобы Тиль оставался спокойным и собранным, мы учимся на лакомстве.

Если вдруг в уже освоенном навыке я найду недочёты, то снова вернусь к лакомству и исправлю ошибки на занятиях со вкусняшками, даже если мы это упражнение уже делали с игрушкой.

В бытовой тренировке, где все навыки, так или иначе, сводятся к тому, чтобы оставаться спокойным независимо от ситуации, я вообще всегда пользуюсь лакомством.

А вот упражнения, которые Тиль хорошо освоил и способен выполнять даже в сильном эмоциональном возбуждении, на высокой скорости, я начинаю качать с игрушкой, чтобы добиться максимального драйва и зрелищности. Всё для вас, дорогие зрители.

Особенно хорошо видна эта разница на примере трюков, которые мы только-только выучили. Иногда мне кажется, что он уже освоил трюк и готов делать его за бросок мячика. Тогда я убираю лакомство и предлагаю поиграть в мячик или качалку. И вот движение, которое он только что исполнял, как мне казалось, идеально, летит к чертям: Тиля начинает швырять не туда куда надо, он промахивается и ошибается. Причём видно, что ошибается он как раз от избытка энтузиазма.

Хотя с трюками всё не так однозначно. По-видимому, со временем Тиль вошёл во вкус и решил, что трюки сами по себе – весёлая игра, поэтому при исполнении своих коронных фокусов он колбасится, лает и «горит» так, как будто гоняется за мячиком.


В любом случае спокойствие и самоконтроль для нас приоритетные цели, и мы готовы работать над ними ещё много-много месяцев.